Назад в Универсум
Графическая работа «Настольные часы „Пасхалия“
Карандаш на акварельной бумаге ・ 24 × 32 см
О произведении
Один из предварительных вариантов дизайна «Пасхалии» Константина Чайкина, в котором автор ищет для часов архитектурный прототип. За основу он взял Исаакиевский собор в Санкт-Петербурге, купольная архитектура которого оказалась близка к идее вечного календаря.
Поиск прототипа продолжает линию изобретательского перевода. Церковная архитектура веками служила вместилищем пасхального календаря и литургического времени. Здесь она становится прообразом корпуса часов: силуэт храма с его главами и арками задает форму корпуса, а циферблат встраивается в фасад на место портала.
Графическая работа выполнена карандашной штриховкой. Тонкие, едва видимые линии намечают арки и главы фасада. Более плотный штрих ложится на циферблат, отделяя часовой механизм от архитектурной оболочки. Диагональная штриховка куполов создает эффект легкой тени, тогда как основание корпуса проработано плотной перекрестной штриховкой. Это визуально утяжеляет нижнюю часть листа и придает всей композиции устойчивость настоящего каменного храма. Так распределение карандашного нажима становится приемом изобретательского перевода: хужожник задает масштаб будущего изделия еще до того, как оно обретет форму в металле.
Универсум «Механико-Геометрическая Графика»
Поиск прототипа продолжает линию изобретательского перевода. Церковная архитектура веками служила вместилищем пасхального календаря и литургического времени. Здесь она становится прообразом корпуса часов: силуэт храма с его главами и арками задает форму корпуса, а циферблат встраивается в фасад на место портала.
Графическая работа выполнена карандашной штриховкой. Тонкие, едва видимые линии намечают арки и главы фасада. Более плотный штрих ложится на циферблат, отделяя часовой механизм от архитектурной оболочки. Диагональная штриховка куполов создает эффект легкой тени, тогда как основание корпуса проработано плотной перекрестной штриховкой. Это визуально утяжеляет нижнюю часть листа и придает всей композиции устойчивость настоящего каменного храма. Так распределение карандашного нажима становится приемом изобретательского перевода: хужожник задает масштаб будущего изделия еще до того, как оно обретет форму в металле.
Время — не просто мера. Это философское измерение, неисчерпаемый источник вдохновения и главный предмет моего творчества.